По сообщению новостного агентства Хавза, аятолла Алиреза Арафи, Руководитель религиозных семинарий , на Национальном конгрессе по фикху и этике, проходившем в Университете Корана и Хадиса, рассмотрел взаимосвязь между фикхом и этикой и подчеркнул необходимость пересмотра этих отношений.
Руководитель религиозных семинарий вначале упомянул 1500-летие со дня рождения пророка Мухаммада(мир ему и благословение) и призыв Верховного Лидера к тесной связи с Нахдж аль-Балага, а затем зачитал отрывок из 94-й проповеди Нахдж аль-Балага, описывающий Пророка Ислама (мир ему и благословение).
Далее аятолла Арафи проанализировал взаимосвязь между фикхом и этикой и сказал: Возможно, кто-то рассматривает калам (богословие) и фикх как нечто совершенно отдельное, но они вместе составляют крылья единой системы. Нравственные качества могут становиться объектами фикховских постановлений, и «фикх должен иметь возможность заниматься различными человеческими и этическими аспектами».
Подробная речь Аятоллы Алирезы Арафи на Национальном конгрессе по фикху и этике
Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.
Мы отмечаем полторы тысячи лет со дня рождения Великого Пророка, и наставление Верховного Лидера — это большое сближение с Нахдж аль-Балага. В преддверии благословенного события Мабаса (первого откровения или же начало пророческой миссии) я приведу отрывок из Нахдж аль-Балага о Пророке (мир ему и благословение Аллаха). В девяносто четвёртой проповеди — а это одно из сорока или пятидесяти мест в Нахдж аль-Балага, где Амир аль-Муминин Али (мир ему) говорит, о чертах Пророка:
«عِتْرَتُهُ خَیْرُ اَلْعِتَرِ وَ أُسْرَتُهُ خَیْرُ اَلْأُسَرِ وَ شَجَرَتُهُ خَیْرُ اَلشَّجَرِ نَبَتَتْ فِی حَرَمٍ وَ بَسَقَتْ فِی کَرَمٍ لَهَا فُرُوعٌ طِوَالٌ وَ ثَمَرٌ لاَ یُنَالُ فَهُوَ إِمَامُ مَنِ اِتَّقَی وَ بَصِیرَةُ مَنِ اِهْتَدَی سِرَاجٌ لَمَعَ ضَوْؤُهُ وَ شِهَابٌ سَطَعَ نُورُهُ وَ زَنْدٌ بَرَقَ لَمْعُهُ سِیرَتُهُ اَلْقَصْدُ وَ سُنَّتُهُ اَلرُّشْدُ وَ کَلاَمُهُ اَلْفَصْلُ وَ حُکْمُهُ اَلْعَدْلُ و ...»
Его потомство — лучшее из потомств, его семья — лучшая из семей, его древо — лучшее из древес. Он произрастает в святилище и возвышается в благородстве. У него длинные ветви и плоды, недостижимые для других. Он — имам для богобоязненных и проницательность для ищущих наставления. Он — светильник, чей свет сияет, и звезда, чей луч сверкает, и искра, чей отблеск вспыхивает. Его путь — умеренность, его сунна — праведность, его слово — решительное, а его суждение — справедливое, и...
Этот сияющее Солнце и ясный светильник, который воссиял над миром с получением божественного откровения и осветил мир до Судного дня лучами познания и этики.
Благодарю организаторов и всех уважаемых лиц, которые высказали свои замечания по этой важной теме. Сначала я изложу два момента, а затем представлю вниманию присутствующих несколько тезисов из многочисленных заметок, которые я здесь подготовил.
Сначала я выскажу два момента, а затем, из многочисленных материалов, которые я записал, представлю несколько в качестве предположений и вероятностей. Один момент заключается в том, что различие или единство фикха (исламской юриспруденции) и этики является предметом для размышления. Второй момент заключается в том, что различные науки могут иметь единые цели и устремления, или же они могут формировать единую, слаженную систему ради человеческого счастья. Это уже другой вопрос. Возможно, кто-то считает калам (богословие) и фикх совершенно раздельными, но при этом утверждает, что они являются двумя крыльями, образующими единую систему. Это справедливо и внутри одной науки. Согласно классификации покойного Мухаккыка (учёного), фикх делится на четыре раздела, каждый из которых имеет свои особенности и при этом включен в общую систему. Это наше условное соглашение (конвенция).
Покойный Аятолла Месбах (да смилуется над ним Аллах) в своем итоговом анализе прекрасно объяснил, что разделение наук бывает иногда реальным (истинным), а иногда — условным (конвенциональным). Другими словами, то, что мы, например, рассматриваем психологию развития отдельно от социальной психологии, является условным делением. В действительности, в психологии развития мы исследуем один аспект человеческой психики, а в социальной психологии — другой. Это разделение произошло из-за расширения вопросов и тем. Возможно, можно сказать, что поскольку вопросы немногочисленны, мы считаем психологию одной независимой наукой. Эти две ветви изначально являются двумя главами одной темы и со временем, с развитием науки, разделились.
В основах алфавита (базовых принципах) науки много дискуссий о разграничении наук. Одна из распространенных теорий заключается в том, что различие наук существует как в реальном (истинном) смысле, поскольку каждая наука охватывает определенную часть реальности, так и в условном (конвенциональном) смысле, поскольку эти разделения формируются на основе потребности и расширения знаний.
По сути, из-за того, что многочисленные темы во Вселенной взаимосвязаны, мы можем либо объединить один аспект темы с другим, чтобы представить более общую концепцию, либо же разделить их. Эта эволюция происходила и на протяжении истории науки. Например, в прошлом образование вообще не считалось наукой, а было техническим навыком. С развитием науки оно превратилось в научную дисциплину и породило различные ветви, включая педагогические науки и медицину. Таким образом, и различие, и единство существуют с одной точки зрения и с истинным взглядом, но с другой точки зрения доминирует наш оценочный и условный взгляд. Не стоит слишком беспокоиться об этих различиях. Кто-то может сказать, что этика является частью фикха и представляет собой отдельный раздел внутри него. Или же кто-то может сказать, что из-за ее особых характеристик ее выделили в отдельную науку. Но тот факт, что существуют единство и разделение, не является препятствием для той единой системы и ясных, единых целей, доминирующих в ней.
Второй момент в этом введении, касающийся связи фикха и этики, особенно в связи с тем, что сегодня известно как наука об этике, заключается в том, что с макроперспективы существует три основные теории:
Первая теория заключается в том, что фикх и этика являются полностью независимыми друг от друга. Сторонники этой точки зрения считают, что предмет и предикат этих двух областей различны, и аспект (измерение), задействованный в предмете, полностью отделен.
Вторая теория состоит в том, что, по сути, фикх и этика едины, и наблюдаемое нами разделение произошло потому, что этика сформировалась в пространстве, где фикха не существовало. Если бы этика вошла в сферу Шариата и фикха, то разделения бы не осталось.
Третья теория — это умеренная точка зрения, имеющая определенный спектр. Эта точка зрения считает, что в обеих областях существуют независимые ядра(самостоятельные основы) даже в пространстве Шариата. Однако значительная часть вопросов, обсуждаемых в современной этике, находится в общей области и должна быть рассмотрена в рамках фикха.
Я считаю, что третья теория, которая является умеренной, имеет большее значение. При этом, даже в жестких (основах) ядрах обеих областей существуют взаимосвязи. Например, если мы скажем, что жесткое ядро этики — это изучение качеств добродетелей и пороков, анализ их природы, способа их приобретения и отношений, царящих между ними, то следует отметить, что в этой области существует множество технических вопросов. Даже в фикхе, если мы поместим эту область в этику, существуют технические и аналитические цепочки взаимосвязей, в которых можно использовать психологию и другие науки. Наши хадисы также предоставляют нам бесконечный мир анализов в этой области.
В анализе этих качеств, их взаимоотношений, того, как они отражаются в душе, их причин и следствий, существует множество аналитических моментов. Даже если мы скажем, что эта часть — качества и пороки поступков — не укладывается в этику в ее узком смысле, она обязательно имеет отражение и влияние, и ее последствия обязательно должны быть видны и в фикхе.
Это второй момент, который, по моему мнению, прокладывает путь к принятию того факта, что существуют твердые и жесткие ядра с обеих сторон, которые не вмещаются друг в друга, но при этом общих звеньев немало, и даже в различных ядрах существуют взаимосвязи.
Теперь, при определении предмета, мы должны определить его таким образом, чтобы даже Калам нашёл в нём своё место. В этих двух вступительных пунктах, которые я кратко затронул, но которые я представлю вам сейчас в то короткое время, что у меня есть, я выскажу некоторые моменты, рассматривая третий подход или, другими словами расширенный взгляд на фикх, который может охватить многие области этики.
Один из моментов заключается в следующем: обычно говорят, что в фикхе, с помощью фикховского вывода (истидлаль), мы приходим к выводу, что определенное действие имеет определенное положение (хукм). Эта предикация, которая присутствует в данном определении, — это пять положений (хукмов): (обязательность, запретность, желательность, нежелательность, дозволенность). Конечно, в фикхе у нас есть и положенческие законы (ахкам вазъи), но это отдельная тема, которая уводит нас от этого обсуждения.
Важный момент заключается в том, что эти предписания (такалиф), которые связаны с произвольными действиями, могут стать источником и причиной произвольного действия даже в случае непроизвольных действий. В этом случае непроизвольное действие становится источником произвольного действия, и на основании этого одно из пяти положений применяется к произвольному действию. Это момент, который мы не имеем возможности полностью разъяснить, но надеюсь, что он в некоторой степени понятен.
Первый момент, который я хочу изложить, заключается в том, что в кругу предписательных законов фикха действительно присутствуют пять законов: обязательность, запретность, желательность, нежелательность, дозволенность. Утверждение, что кто-то говорит, будто желательность, нежелательность и дозволенность выходят за рамки фикховских предикатов, является необоснованным. Великие учёные поступали именно так. Естественно, что степени закона меняют уровень усердия (важности). Это так же и в обязательных предписаниях: закон о тяжком грехе требует большего усердия, чем закон о малом грехе. Эти степени обязательности и усердия направляют факиха в регулировании законов. По сути, всё это — пять законов, которые вписываются в общепринятое определение фикха, и из-за важности не-обязательных законов в формировании культуры им, безусловно, необходимо уделять внимание. Этот вопрос открывает путь для вхождения многих этических вопросов в фикх и для установления в них правовых норм с той же самой фикховской точки зрения. Иными словами, этические темы должны рассматриваться с той же фикховской перспективой.
Второй момент, на который указывали некоторые коллеги, заключается в том, что распространение действия, возложенного на обязанного, на его внутренние аспекты, помимо внешних органов, является обоснованным и логичным утверждением. Нет оснований говорить в целом, что всё, что касается внутренних тем в рамках пяти законов, где отсутствует выбор (воля) или где действие непроизвольно, выходит за рамки фикха. Действительно, произвольное действие обязанного лица и действие обязанного лица с точки зрения заслуги в получении награды или наказания не является исключительно внутренним делом. Нет причин утверждать, что это обсуждается, например, в этике или калам(богословии), но не входит в фикх. Здесь, по-видимому, внутренние действия, все внутренние состояния и сокровенные проявления, особенно там, где они являются произвольными (по выбору), могут подпадать под сферу действия фикха в том определении, которое фикх имеет сегодня. Примеры этого уже приведены в фикхе, но, безусловно, этот второй момент делает возможным заложение основы нового подхода в фикхе,в развитии которого некоторые коллеги сейчас служат.
Безусловно, фикх верований (Фикх аль-Итикадат) существует и отличается от того, что было у предшественников. В прошлом некоторые великие учёные излагали вопросы калама до вхождения в фикх. Фикх в своем строгом смысле (связанный с получением юридического статуса (джалаль шари) с точки зрения пяти законов имеет свои предписания и свою систему. Однако в сфере верований также существуют свои предписания: какое убеждение обязательно, какое желательно, какое запретно? И почему? Потому что убеждение может быть достигнуто с помощью произвольных предпосылок, а свобода воли шиитов зависит от произвольности этих предпосылок. Иногда возникает невозможность выбора , что не входит в сферу свободы воли. Следовательно, широкий круг вопросов вероучения может породить фикховский труд. Эти вопросы не разбросаны, но они не так систематизированы и организованы, как, например, книги о молитве (Салят) или паломничестве (Хадж).
Безусловно, необходима книга «Китаб аль-Итикад» (Книга верований), как раздел фикха в узком смысле, а не как большой фикх(фикх акбар) или фикх в широком смысле. Это потому, что у нас есть два значения фикха: Фикх в широком смысле, который охватывает как калам, так и свойства (атрибуты) и действия, и фикх в узком смысле (аль-Фикх аль-Асгар), который означает получение текущего шариатского закона. И есть третье понятие — фикх акбар который попадает в сферу верований. Это требует отдельного раздела в фикхе — раздела фикха верований. Например, он требует фикха социальных отношений, фикха социальной этики. У нас есть индивидуальная и социальная этика: часть её содержится в нашем фикхе, но часть требует таких книг, как эти, которые отдельно изложены в наших источниках (Васаил аш-Шиа других фикховских/хадисных книгах). Обязательно нужен фикховский раздел для социальных отношений, или, говоря языком психологов, межличностных отношений. Мы занимаемся этой темой, хотя бы в течение часа, в рамках фикха воспитания последние три-четыре года.
Внутренние состояния и внутренние действия, когда они становятся произвольными (совершаемыми по выбору), сами по себе являются фикховским разделом. Второй момент заключается в том, что при таком подходе некоторые вещи не отделяются от калама, а скорее калам приобретает фикховский взгляд. В нашей этике есть много разделов, место которых в фикхе пусто. Конечно, структурирование и оформление этой темы — отдельная история, и можно выбрать несколько моделей, которые я не хочу здесь обсуждать. Выбрана особая модель, и на ее основе сейчас работают над несколькими новыми разделами в фикхе.
Другой момент заключается в том, что, учитывая точки зрения, согласно которым этика включает в себя состояния, действия или и то, и другое (как, например, точка зрения покойного Месбаха), если мы скажем, что этика охватывает и состояния, и действия, то у нас есть фикховский взгляд и на этические действия. Это распределение действий: можно охватить все действия с тем же фикховским подходом. Я не говорю, что этика теряет свое значение, но я говорю, что все произвольные действия, которые обсуждаются в различных разделах этике, имеют особое значение с фикховской точки зрения, и его аспекты должны быть раскрыты.
Еще одна важная точка, на которую следует обратить внимание, — это суждение о качествах , то есть добродетелях и пороках. Этика не ограничивается добродетелями, она включает и пороки. Эти качества непосредственно не рассматриваются в фикхе,но важный момент заключается в том, что избегание этих качеств во многих случаях является произвольным (по выбору). Именно здесь фикх может и должен вступить. Возможно, в некоторых случаях обязанность совершать действие отменяется, например, в случае границы(пороге) имущества, согласно определенному шариатскому хадису, она отменяется. Конечно, вопрос об отмене наказания или отмене ответственности — это уже другая тема. Но все эти качества с точки зрения возможности выбора могут быть рассмотрены. Можно приобрести эти качества, избежать их,сократить или усилить. Эти действия — создание, уничтожение, уменьшение, увеличение, усиление — могут быть произвольными и связаны с качествами. С этой точки зрения качества также подлежат рассмотрению с фикховской точки зрения. Такой анализ открывает новое окно для расширения фикховских концепций: то есть расширения пяти законов и расширения произвольного действия в отношении различных аспектов человека и его органов.
Эти два пункта абсолютно логичны, и ни один ученый-факих не сможет утверждать, что это бессмысленные или необоснованные утверждения. Если эти два фундаментальных аспекта будут приняты, то практически все догматические и этические вопросы обретут фикхскую перспективу, что приведет к расширению фикха. То есть, в этом подходе вы изучаете догматические темы, поднимаете вопрос о праве и неправе, предоставляя доказательства их истинности или ложности с использованием различных методов. Иногда вы говорите:Теперь, верю ли я в это действие как обязательное или предпочтительное? А иногда говорите: Это действие обязательно и уделяется большое внимание, например, как основы религии, или Это действие предпочтительное, например, как некоторые черты, связанные с Судным днем или промежуточным миром. Иногда даже сама вера в эти вещи является предпочтительной, а иногда – настоятельно предпочтительной. Эти вопросы предоставляют множество возможностей для фикхских дискуссий. Кроме того, эти внутренние явления могут стать предметом предписаний вазъи (положенные законы). Другими словами, если мы говорим о том, что внутренние вещи могут стать основой фикхских норм, как существует разногласия в вопросе ереси, я считаю, что это внимание к широте охвата фикха - то есть фикха в третьем смысле, или младшего фикха, и к широте его объекта, то есть к действиям мукаллафа(обязанного совершать действия), охватывает эту широкую область, может стать началом преобразований и развития в фикхе.
Многие из этих предположений мы в настоящее время не распознаем, поскольку наш фокус — это определение мудрости и заслуженности вознаграждения и наказания. Тем не менее, мы можем открыть новую дверь, которая будет заимствовать из калама(богословия) и различных разделов этики как в отношении действий, так и качеств. Конечно, я обдумывал этот вопрос в отношении, пусть и приблизительно, трех-четырех современных мыслителей, и у меня есть некоторые представления, и по этому поводу уже проведена некоторая работа, хотя и на уровне догадок и предположений. Это отдельная тема.
Еще один момент, который играет важную роль в этой теме, заключается в том, что поскольку я терплю (или принимаю), я выбираю. Это такой вопрос, что если мы сделаем допущение, подобно тому, как в Каламе или в некоей фиксированной основе мы говорим о истинным(хакк) и ложном (батыль), и описываем утверждение и отрицание этих пропозиций описательным образом, то может возникнуть возражение: возможно, в этике мы имеем дело с пропозициями, где предикат несет в себе определенный предписывающий характер, но с одним отличием, заключенным в нем. Этот предикат — "благость". Обсуждение "приемлемой благости" оказывает большое влияние на эти отношения.
В самом деле, кто-то может заявить, что божественная заслуженность и предопределение (судьбы), которые входят в Шариат, приближаются к заслуженности вознаграждения и наказания. На самом деле, здесь предикат становится очень близким и, возможно, уводит нас к первой теории — абсолютному единству. Однако в отношении благости существует множество теорий, и, по-видимому, благость и неблагость(зло) выходят за рамки заслуженности похвалы и порицания.
Далее, это первый умопостигаемый , второй умопостигаемый, абстрактный. От чего он абстрагируется? За последние один-два года мы рассмотрели около пятнадцати теорий в обсуждениях справедливости и тирании(угнетение), и некоторые устоявшиеся теории наших дорогих учёных были там подвергнуты критике. В любом случае, благость и неблагость могут иметь разные значения, создающие дистанцию.
Еще один момент заключается в том, что основания благости и неблагости(зла) оказывают более существенное влияние на эти отношения. И еще один момент: если у нас есть фиксированное ядро(основа) в этике, то там мы должны определить: что такое добродетель ? Какова её основа? Каковы её факторы? Каковы её результаты? И какое отношение она имеет к другим добродетелям и порокам?
Я считаю, что [эти понятия] обладают независимой идентичностью и не вписываются в фикх в том смысле, в котором мы обсуждаем его сегодня. Конечно, можно изменить толкование фикха и сказать, что этот вопрос также включается в него, но я предпочитаю сохранить эту границу.В нашем суждении о том, хорошо ли то или иное качество, какова его основа, и какова его связь с другими вопросами? Здесь разум играет важную роль. Разумеется, мы принимаем независимый разум, а не зависимый. Независимый разум, который может быть в рамках одобрения или неодобрения этого вопроса и иногда заниматься некоторыми пользами и вредами.
Эти методы неприменимы там, но в светской этике могут приниматься даже женские мнения. Однако в религиозной дисциплине мы не можем им слишком доверять. Если мы считаем этот вопрос независимым, то различие между светской этикой и религиозной этикой заключается в том, что религиозная этика сопоставляет Книгу (Коран) и Сунну, чтобы вывести религиозные утверждения, даже те, которые не являются фикхом. Книга и Сунна с их правилами и дисциплиной могут это сделать. Это тоже широкая дискуссия.
Важный момент: несмотря на то, что я вижу пересечения между двумя независимыми ядрами [этикой и фикхом], я считаю, что фикх должен быть расширен. В настоящее время эти две области можно объединить. Но если сказать, что фикх рассматривает только шариатское установление и учет вознаграждения и наказания, то это верно лишь до определенной степени.
Эти цели странны, но у фикха есть цели, которые обсуждаются в дидактике и философии. Мы не можем сказать, что счастье и достижение совершенств выходят за рамки целей фикха. В фикхе ценятся действия, совершаемые ради вознаграждения, отвращения наказания благодарности и божественной любви. Это четыре высшие степени, по которым иногда у великих ученых возникали сомнения в фикхе.
Ответ на вопрос о связи между целями фикха и этики: Ответ заключается в том, что все эти четыре цели[вознаграждение, отвращение наказания, благодарность, божественная любовь] присутствуют в фикхе. По крайней мере, часть фикха совершается для получения вознаграждения, отвращения наказания или благодарности. Выше всего этого стоит повиновение велению Бога и растворение в Его Красоте и Величии. Нельзя сказать, что этих целей нет в поздних и последовательных слоях фикха; они есть, и поэтому в конечной цели нельзя проводить различий. Да, цель может быть разной, но разделения нет.
Ваше мнение